?

Log in

No account? Create an account
Часть предварительная.
1. Интернет - публичное место. Оскорбления и брань в публичном месте неприемлемы.
2. Не надо придумывать теорию о том, что в интернете можно все. Иначе взрослые дяди живо объяснят разницу между виртуальным трепом и реальным обыском на квартире. И доказательной базой сочтут то, что сочтут они, а не "продвинутые юзеры".
3. Стандарт общения устанавливается ДВУМЯ сторонами, и сниженные требования приемлемы только при взаимном согласии.
4. Поскольку ЖЖ считается частной страничкой, и содержание разговоров в нем - частным делом, надо убирать под замок сообщения с оскорбительными высказываниями (и никто не имеет права лезть туда с претензиями), а нецензурщину убирать под кат с предупреждением. На содержание комментов ограничение не распространяется.
5. Спамить оскорбления под разовыми никами - свинство. Этим оппонента загоняют в угол и заставляют занять непримиримую позицию. Но тут ничего не запретишь. 
Часть резолютивная. 
1.  Я человек спокойный и терпеливый, но меня тоже можно рассердить
2. Сам я знаю много разных слов, но настоятельно прошу здесь нецензурную брань не использовать.
3. При высказывании здесь оскорблений в адрес присутствующих или отсутствующих буду банить. 

В принципе нам нужна общенациональная библиотека.
Не "национальная библиотека" по названию – таковой является РНБ, хотя функций национальной выполнять не в состоянии (само нынешнее название бывшей Государственной публичной библиотеки им. М.Е. Салтыкова-Щедрина – следствие ловкости рук ее бывшего директора, который в 1992 г. подсунул Ельцину нужную бумажку на подпись).
Речь идет о национальной библиотеке, которая охватывает всю совокупность находящихся на библиотечном хранении в России изданий. Такая постановка вопроса была невозможна еще 20 лет назад, но вполне правомерна сейчас.

Итак, как нам создать национальную библиотеку? На самом деле это не так сложно.

1-й этап.
Все фонды Российской государственной библиотеки включаются в электронный каталог (собственно, эта работа ведется, хотя и совершенно недостаточными силами и с плохой организацией).
В электронную библиографическую запись включается машиночитаемый индекс ББК (по используемым сейчас в РГБ Полным таблицам). Сейчас индекс присутствует в нечитаемом виде и не может служить вообще никакой цели, кроме поиска очно таких же записей.

2-й этап.
На основе машиночитаемого индекса ББК строится электронный систематический каталог. Словесные формулировки предметных рубрик адаптируются к современному состоянию науки, политически заостренные формулировки (писалось это все в 1960-х гг.) заменяются идеологически нейтральными, недостающие разделы дорабатываются на основе Средних таблиц ББК.
К Систематическому каталогу разрабатывается новый интерфейс.

3-й этап.
Отраслевые, ВУЗовские, областные и массовые библиотеки подключаются к каталогу РГБ и дают в него данные о наличии в их фондах изданий, содержащихся в этом каталоге.
С изданий, которым не находится соответствия в каталоге, снимаются электронные копии в .pdf-формате, которые отсылаются в РГБ для каталогизации и включения в сводный каталог.

4-й этап.
В дальнейшем каталогизация ведется в РГБ как единственной национальной библиотеке, эксплуатация Массовых и Средних таблиц ББК прекращается, ведется только редактирование и адаптация Полных таблиц.
Ведение каталогов помимо Сводного каталога, основанных на иных принципах систематизации и предметизации, остается на усмотрение руководства конкретных библиотек в пределах их бюджетов.

На выходе мы имеем общенациональный Объединенный Фонд изданий и общенациональный Сводный каталог, охватывающий все библиотечные фонды России и позволяющий вести в нем систематический и предметный поиск. Вопрос о доступе к конкретным изданиям решается за счет межбиблиотечного абонемента и организации доступа к Объединенному фонду в помещении библиотек.

Разумеется, возникают вопросы.

1. Почему на основе РГБ? Чем плохи РНБ, Библиотека Академии Наук, электронная Президентская библиотека, ГПНТБ?
Ответ: РГБ – единственная библиотека, соответствующая определению национальной. РНБ не является национальным методическим центром, ее предметный каталог – вещь в себе на основе архаичного рубрикатора. Президентская библиотека – вообще виртуальная структура с небольшими фондами, статус национальной ей присвоили для возможности электронного копирования литературы.
Главное же, РГБ – обладатель крупнейшего фонда и держатель обязательного экземпляра. Собственно, каталог РГБ уже покрывает 100% фондов значительной части библиотек России.

2. Зачем этот ваш древний ББК во времена полнотекстового поиска и контекстных полей?
Ответ: новыми являются только технические средства, создающие новые возможности. Реальный поиск в каталоге возможен только при контролируемом наполнении предметных рубрик, их соподчиненном расположении в соответствии со структурой научного знания, использовании алфавитно-предметных указателей.
Во всяком случае, читатели - отраслевые специалисты при ознакомлении со схемой по своей отрасли знания мгновенно схватывали ее суть и вполне уверенно ориентировались в дереве каталога. А что еще нужно?

3. Почему именно ББК, а не общемировой УДК, классификатор Библиотеки Конгресса США и т.п.?
Ответ: прежде всего, ББК – отличная схема, разработанная в 1960-х гг. учеными на основе изучения уже существующих каталогов и структуры реальных читательских запросов.
Но главное – на ее основе уже полвека работает библиотечная система страны; исключения составляют несколько отраслевых библиотек, фонды которых в значительной степени пересекаются с фондами РГБ. На этой системе обучены десятки тысяч библиотекарей. Зачем для национальной системы что-то другое?

Ну и, конечно, необходимое условие: установить виновников сложившегося на сегодняшний день положения. Без Счетной палаты и прокурора тут никак.

Пока еще не мертв

но определенно собирается на пенсию






Лично мой фаворит - вот это, пожалуй.

Метки:

Воеводы в пыльных шлемах разгромили феодалов и интервентов. Революция победила.
А советским товарищам все опять не так.
С белоэмигрантами и советскими гражданами, которые в 1941ё-1945 гг. сотрудничали с немцами, вот какая ситуация.

Те из них, кто был старше - видели, как большевики пришли к власти и что они творили, чтобы утвердиться и реализовать свои планы. Убийства, грабеж, издевательства, установление системы тотальной лжи и террора, истребление групп людей по признаку принадлежности к социальной группе.
Никаких моральных обязательств по отношению к советскому режиму они иметь не могли.

Те, кто был моложе - сформировались в системе тотальной лжи и террора, знали про коллективизацию, видели массовый террор 1937-1938 гг., видели зазор между пропагандой и реальностью и видели крушение системы в 1941 г. Их воспитывали в верности политическому строю, который сам по себе верности не заслуживал.
У них были основания считать власть преступной и не считать ее свержение ударом по своим интересам.

У их двух групп людей были все основания ненавидеть советскую власть, считать ее вражеской и чуждой и полагать любую другую власть как минимум не хуже.

С последним они ошиблись - Гитлер был хуже. Тем, кто пошел на сотрудничество с немцами, пришлось воевать против своего народа и участвовать в военных преступлениях - всем косвенно, а многим и непосредственно.
Эта ошибка привела к дискредитации антисоветской эмиграции на долгое время и в конечном счете - продлила существование советской власти.

В этом действительная вина сотрудничавших с немцами русских - белоэмигрантов, власовцев и других коллаборантов. Но обвиняют-то их в том, что недостаточно любили советскую власть.

отсюда

Прекрасно же.

И шоссе без обочин, и полторы машины, и брошенные в канаве трубы, и бесконечный пустырь, и теплотрасса, за которой виднеются какие-то промышленные постройки.

"Лишь чего-то слегка не хватает в знакомом пейзаже" - бредущей по тропинке колонны из десятка расхристанных стройбатовцев в валенках и касках.

Ностальгиюшка!

2 ноя, 2018

Когда-то давно работал я учителем в школе и оказался с проблемной школьницей один на один в классе. Сидела она от меня за три парты, я за столом через проход. А дверь, чтобы шума из коридора не было - закрыл то ли на газету, то ли на собачку замка.
Потом в дверь решительно постучали, вошла завуч, прошлась без особой цели по классу, огляделась, уточнила, чем мы заняты, и уже у двери сказала: "Не запирайтесь".

О чем она - я понял с запозданием в секунды.
Любой, кто в школе работал, знает: для учителя должна быть исключена любая двусмысленность в возможной интерпретации его отношений с учащимися. Потому что профессиональный риск надо минимизировать.
И в случае возникновения взаимной симпатии единственный приемлемый вариант развития отношений - дождаться окончания школы. Даже сменить место работы - не вариант.

А полицейский, который видел десятки дел об изнасилованиях, не задумывается даже не о репутации (групповуха на рабочем месте? орёл!), не о профессиональной этике (блядки с подчиненными? ерунда какая) - о том, как при случае будет истолкована ситуация "втроем напоили девку и пялили по очереди".
Да у него сирена в голове должна включаться: "без меня, если что - не отмоюсь!"

Тупые скоты

1 ноя, 2018

А участники кампании "Шурыгина в погонах" понимают, каким говном они выставляют лично себя (это-то ладно - деньги уплачены) и полицию в целом?

В их картине мира опытный полицейский может на рабочем месте устроить пьяную оргию с подчиненной вдвое младше себя, а когда она подаст заявление - рассказывать, что "она сама хотела", потому что в училище то ли кому-то дала, то ли кому-то не дала.

Опытные полицейские не понимают, что нельзя мешать шашни с работой - тема, по которой любой семейный ходок налево может лекцию прочитать.

Опытные полицейские не брезгуют напоить молодую женщину и встать в очередь.

Опытные полицейские не понимают, что образованная и уважающая себя подчиненная не будет молчать об изнасиловании.

Опытные полицейские не понимают, что по свежим следам все будет доказано с гарантией, будет и экспертиза, и свидетели, и показания друг на друга.

Профессионалы, что тут можно сказать.

22 окт, 2018

граждане-меломаны рассказывают, как они когда-то впервые услышали Галича и разочаровались.

Надобно тут заметить следующее.

1. Галич был не вокалист и не музыкант. Пел он не очень - во всяком случае, мне в молодости на фоне Высоцкого не понравилось.
Он был поэт - как минимум, это никто под сомнение поставить не осмелится.

2. Галич был из военного поколения и писал про "маленьких людей" своего времени. Упрекать его в оторванности от людских нужд и равнодушии к простым людям - это надо текстов его не знать вообще.

3. Странное дело: Галича никто не слушал - а на цитаты он разошелся.

4. Галич крестился. Это было невыгодно для еврея Гинзбурга ни с позиции советского обывателя, ни с точки зрения эмиграции. Это был сознательный акт русификации.

А если заранее не очаровываться - и разочаровываться не придется. Мне не пришлось.
Собственно, проблема с джентрификацией вот в чем.

Разумеется, богатые хотят жить с богатыми, средний класс - со средним классом, и никто не хочет жить рядом с пьянью. У кого заводятся деньги - улучшают свои жилищные условия и т.п., процесс естественный и неизбежный.

"Но есть нюанс".
Можно обустроить предместья для богатых - и тогда менее богатые останутся в городских районах, обустроенных еще в советское время. Относительно небольшая этажность - 5, 9, максимум 16 этажей. По советскому стандарту большие дворы (чтобы ядерным взрывом проезд для бульзозера на завалило). Озеленение. Школы - поликлиники - магазины. Частая сеть улиц. Наземные и подземные переходы. Метрополитен. Застроенные в 1960-1970-х районы вокруг МЦК - именно такие.
А богатые уедут туда, где комфортнее им - скоростное шоссе, большие торговые центры, 2-этажные особняки или ряды коттеджей, и главное - подальше от городского быдла с его пьяными компаниями у подъезда, шумом лифта, пробками, мусорками, государственными школами и прочими признаками отсутствия богатства.

А можно поступить наоборот: использовать в интересах богатых уже оборудованные и обжитые в течение десятилетий районы, а население выставить в бетонные человейники в чистом поле - куда-нибудь на ул. Маршала Савицкого, 25 минут автобусом до метро. В Коммунарку, на окраину Щербинки.
Население, правда, совершенно не хочет туда ехать, у него жилплощадь (а значит - и земля во вполне конкретном районе) в частной собственности. Идиотов-то немного.

И тут появляется волшебное слово: РЕНОВАЦИЯ.

16 окт, 2018

А яростные защитники орфографии обр. 1918 г. могут объяснить, почему ее нельзя дополнить отменой устаревшего и непонятного миллионам формального различия -тся/-ться?
Так ведь еще проще будет

9 окт, 2018

Жалуются на инициативу ВШЭ по очередной оптимизации высшего образования.

Проблема тут совсем в другом.

Современная система преподавания в высшей школе включает:
- лекции (то есть запись подлежащего усвоению материала с голоса);
- семинарские занятия (то есть самостоятельное реферирование литературы и обсуждение в группе с участием преподавателя);
- практические занятия (для гуманитариев - в основном связанные с освоением языков, чтением и комментированием текстов);
- курсовые работы (то есть выполнение учебной научной работы в заданном объеме по установленным методикам под плотным руководством преподавателя);
- зачеты и экзамены (то есть проверка усвоения полученных знаний и навыков).

Лекционный курс как таковой смысл в значительной степени утратил, поскольку является голосовым дублированием материала, систематически изложенного в учебнике. Ладно бы еще конспекты писали - это фактически реферирование, так ведь на телефон пишут, преобразование материала отсутствует.
Вообще самая идея лекционного изложения учебного материала - наследие допечатной эпохи, а появившиеся позднее параллельно печатные издания курсов лекций и учебных пособий должны бы заставить задуматься о дублировании материала.
Лучшие лекторы на моей памяти не занимались пересказом учебника, а комментировали историю исследования предмета - но историография также заслуживает собственных письменных пособий. Исключением тут может быть только спецкурс по узкой теме, до которой не добралась полиграфия (а по нынешним временам - интернет).

А вот семинары и практические занятия, текущие консультации по курсовым работам и общему курсу - совсем другая история, они не могут производиться дистанционно, методом селекторного совещания секретаря райкома с председателями колхозов или видеочата с коучером. Весь смысл - в личном общении и непосредственной передаче опыта.

Как-то так, да.

8 окт, 2018

Лента сообщила о какой-то эпической битве двух ёкодзун - ирландского и дагестанского.
Всерьез обсуждают, за кого надо болеть - ирландского хулигана (потому что все-таки белый человек) или исламороссиянина (потому что соотечественник же, флаг защищает).

Отдельным пунктом идет предложение не болеть за носителя "матраса" / "власовской тряпки" - что генерирует отдельный обмен мнениями по поводу истории русского триколора, знамени цвета крови, пролитой в боях за свободу и независимость и т.п.
Дополнительная ветвь дискуссии - о том, что кавказцев на самом деле испортили русские "Улицами разбитых фонарей", а до того они не быковали, не лезли внаглую к женщинам и вообще были вроде нынешних туристических южноевропейцев, только местные.

Я же понимаю так.
Пусть профессиональные спортсмены бьются с себе подобными под любыми баннерами и ставят себе любое тавро - это их личный бизнес, который не приносит никакой пользы стране их происхождения кроме уплачиваемых налогов.
Тратить нервную энергию и вникать в эти игрища - себя не уважать.

Народ выкладывает свои фотографии из 1990-х. Тех, которые для кого-то "лихие", а для кого-то "святые". Я от вполне либерального интеллигента старого еще поколения слышал определение "проклятые".

Временем надежд и веры в будущее были не "святые 90-е", а 1985-1991 гг. По крайней мере, для меня. Это было время возникновения академической свободы - того, без чего невозможна университетская и научная жизнь. А я хотел учиться и заниматься историей, мне хотелось держать в руках книги, до которых в СССР можно было добраться в лучшем случае в центральных библиотеках, и хорошо если не требовалось выписывать разрешение с разъяснением, с какой-такой целью они потребовались.

Но нелюбовь к коммунизму и приятие ельцинской эпохи - это совершенно разные вещи.
Потому что мои 90-е - это:
"Всюду царит торжество демократии,
Кажется это навек.
Бары, машины, банкиры и бляди,
Реклама, формат, НТВ..."

И сейчас они возвращаются на глазах. Вместе с тогдашним форматом противостояния: разные фракции бессмысленных и беспощадных против массы бессмысленных и бессловесных.

Тут возник вопрос о хэппи-эндах и открытых финалах.

Открытый финал советский кинематограф любил - в фильмах про забугорную жизнь.

Вот идет прогрессивный журналист или честный полицейский, раскопавший жуть про корпорации - а в соседнем окне некто раскладывает винтовку. Открытый финал. Труп же не показывают, только стоп-кадр со спиной положительного персонажа в сетке прицела, звук выстрела и титры. Вдруг не попадет?

Потом тот же прием отечественные мастера экрана успешно применили в фильмах про советскую действительность.
Например, в финале главный герой с обостренным чувством справедливости (воин-"афганец" по раннеперестроечной моде) прорывается к новоназначенному прокурору с дипломатом компромата на районную шушеру. Его менты вяжут, а он кричит: "Товарищ прокурор! Товарищ прокурор!" А товарищ прокурор обсуждает с первым секретарем победу района в соцсоревновании и завоевание переходящего вымпела.
Тоже финал открытый - не показывают, как правдоискателя оформляют по 3-4 тяжелым статьям - за тяжкие телесные, за сопротивление представителям власти и т.п.

Потому что советский зритель - он же думающий. Зритель сам все должен понимать про реальную жизнь в мире чистогана и безнадежность любого противостояния системе. На советские реалии тоже хорошо зашло, а уж на послеперестроечные - тем более.
Образцовая киноведческая рецензия, я считаю

"Великий Самсон Самсонов экранизировал известную пьесу Вишневского как рассказ о сладком ужасе утраты тела. ЦК партии большевиков назначает Комиссара (артистка Маргарита Володина) в разложившийся матросский отряд. Комиссар должна подчинить это сборище сифилитиков Советской власти и делу революции. Гомосексуальная монополия Вожака отряда (Борис Андреев) разваливается как карточный домик, когда Комиссар из своего браунинга хладнокровно в упор расстреливает матроса, собравшегося ее изнасиловать. "Ну, кто еще хочет попробовать комиссарского тела?!", - спрашивает при этом Комиссар. Но Самсонов, виртуозно балансируя на грани популярного суб-жанра «нэсти комми», вводит в картину такой телесно-эротический код, что зритель сразу понимает – никакого тела нет. Комиссар, затянутая в блестящую черную кожу, больше похожа на дилдо-рукоятку плетки из садомазохистской экипировки, чем на женщину из плоти и крови. Моряки, быстро смекнувшие, что попробовать комиссарского тела они смогут только стенками собственной прямой кишки, занимают привычную позицию нижних. Зрителям эта позиция анархистской матросни - отказ от индивидуальной телесности как высшее благо - оказалась невероятно близка. Сразу после выхода на экран фильм стал абсолютным лидером проката (1 место — 46 млн. зрителей), а бесплотная Володина была признана лучшей актрисой года по опросу журнала «Советский экран». Картина изобретательного певца перверсий Самсонова стала виртуозным прославлением феномена т.н. «коллективных тел»".
Понятно, что советский офицер понятия не имеет о том, что такое дуэль в русской традиции и по каким правилам она проводится.

Основание для дуэли - оскорбление личного достоинства. Своего или людей, которых оскорбленный по своему общественному положению обязан защищать.

Между вызовом и поединком был этап согласования условий секундантами, во время которого предпринималась попытка достичь соглашения между сторонами без кровопролития. Это не было трусостью: при невозможности найти обоюдно приемлемые формулировки дело полагалось довести до конца.

Обязательное условие для дуэли - принадлежность сторон к дворянскому сословию в широком смысле слова. Каждый дворянин был обязан и имел право служить Государю и Отечеству с оружием, любой носитель классного чина уравнивался с представителем высшей знати. Попробовал бы кто сказать придворному и журналисту Пушкину, что он не может защитить свою честь от оскорбления, нанесенного князем. Применить административный ресурс было возможно (закон рассматривал дуэль как обычное убийство), но вот репутация убивалась.

Выбор оружия был за вызываемой стороной. В русской традиции с начала XIX века - уравнивающая шансы сторон дуэль на пистолетах. Они были настолько популярны, что пару дуэльных пистолетов вешали на стену как знак готовности защищать свое достоинство ценой жизни.

Поединок на клинковом оружии требовал умения, которое достигалось длительными тренировками с недешевым учителем. Такими умениями не обладали в большинстве своем и офицеры армейской кавалерии - просто потому, что необходимое им умение рубиться в седле от дуэльного фехтования сильно отличалось. А с пистолетом на 10 шагах станционный смотритель оказывался на равных с кавалергардом.

Признанный достаточным повод для поединка? Равенство сословий? Выбор оружия?
Да чисто по-пролетарски помахаться: чо, не пацан? только языком молоть? на колени, очки снимай, ща землю жрать будешь!
Восхитительно в истории с модным либеральным критиком и российскими фантастами вот что.
Да, от обложек с попаданцами - спасителями Российской империи методами Берия и ускорителями технического прогресса в 18 веке хочется плеваться. Когда ветераны Чечни финкой и гранатометом останавливают Гудериана - тоже как-то не очень. Хотя американская фантастика тоже начиналась не с Хайнлайна.
Современная русская фантастика - литература коммерческая, для массового потребителя. Она идет за вкусами публики, отражает настроения массы читателей. Во всяком случае - в той мере, в которой издатели эти вкусы и настроения понимают.
И тот же Лукьяненко с его неприкаянными героями, рушащимся вокруг миром и тоской по империи - плоть от плоти массовых настроений постсоветской интеллигенции 1990-х гг.
Очень далеких от уютных кабинетов, в которых под кофе и коньяк делили гранты, литературные премии и недвижимость и поддерживали Егора Тимуровича Гайдара потомственные члены Союза писателей.
Пока они делили - появилась новая массовая русская литература самого разного качества. Без их участия, без их комиссарского ока, без их методического руководства.
Вот это-то и нестерпимо.

А реакция... Ну вот если Киселева или Доренко назначить на "Эхо Москвы" рецензировать тексты - какая будет реакция? "Рептилоиды среди нас".
Авторитет носителя взглядов "Крым-не-наш" и "ватников-без-содрогания-читать-нельзя" за пределами либерально-западнической тусовки стремится к нулю вне зависимости от его личной порядочности и доброжелательности к унтерменшам.
Это культурный враг, который пришел убивать.

Latest Month

Ноябрь 2018
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 

Метки

Syndicate

RSS Atom
Разработано LiveJournal.com
Designed by chasethestars