April 2nd, 2021

Добродушно

(no subject)

Патриот СССР объясняет жившим в СССР взрослым людям, что дивизии народного ополчения - это жертвенные добровольцы, в отличие от принудительно согнанного фольксштурма.
Ему приводят свидетельства о принудительной записи в добровольцы. Обращают внимание на расхождение между декларируемой документом теоретической нормой и отражаемой в источниках реальностью. Напоминают общее понятие "добровольно-принудительно".
Но не таков советский патриот, чтобы принять действительность.

И вот что любопытно.
Сочинители книг про попаданцев к Сталину - они, напротив, обычно понимают, в какой концлагерь отправляют своих персонажей.
Проникшийся послезнанием Сталин у них может бросить курить, унасекомить Никиту Сергеевича и даже Георгия Константиновича, обуздать Льва Захаровича, приставить к делу Лаврентия Павловича, прикрутить командирскую башенку на Т-34, избавить от публичных унижений Ахматову, поставить на вооружение партии теорию Гумилева и даже посягнуть на святое - ленинское национально-территориальное деление.
Но вот с неизбежным будущим коллапсом советского социалистического строя он ничего поделать не может: только оттянуть неизбежную катастрофу. И это авторы тоже понимают. Просто им хочется как-то придумать, чтобы прожитая в СССР жизнь не пошла прахом. А это начиная с 1960-х уже было невозможно.
Потому что после смерти Сталина наступила не эпоха постепенного демонтажа социалистической экономики и осторожного откручивания идеологических гаек, а "великое десятилетие" с безбожной пятилеткой, совхозами, совнархозами, целиной, разделением и слиянием обкомов, Суэцким и Карибским кризисами, фестивалем молодежи, спутником, Гагариным и планами через 30 лет построить коммунизм.
Поколение детей войны вступило в активную жизнь с оторванными от реальности представлениями об устройстве общества и завышенными ожиданиями от научно-технического прогресса. Вот эту наивную веру авторы романов про спасение СССР и демонстрируют.